ТС-мюсли. Главная
Карта сайта
Письмо

Граф Сандор

Случай гинандрии из книги Рихарда фон Крафт-Эбинга
"Половая психопатия с обращением особого внимания на извращение полового чувства" (1902 г.)

Анамнез

4 ноября 1889 года тесть некоего графа В. сделал заявление, что этот последний выманил у него 800 флоринов под тем предлогом, что ему в качестве секретаря одного акционерного общества необходимо внести туда залог. Кроме того, выяснилось, что этот субъект, по имени Сандор, подделал контракт, сделал ложное сообщение о состоявшемся у него будто бы весной 1889 г. венчании, а главное, что он вовсе не мужчина, а женщина, переодетая в мужское платье, и что зовут его графиня Сарольта (Шарлотта) В.
С. был арестован по обвинению в подлоге и подделке официальных документов. На первом допросе он показал, что он женщина, католического вероисповедания и что он занимался литературой под именем графа В.
Родилась 6 декабря 1866 г. По капризу отца С. воспитывалась как мальчик, ездила верхом, охотилась, правила лошадьми, отец поддерживал в ней энергию мужчины и дал ей мужское имя Сандор (Шандор).
Сарольта-Сандор оставалась под влиянием отца до 12 лет. Затем она была помещена у своей бабушки, жившей в Дрездене. Когда увлечение мужским спортом у девочки стало уже чрезмерным, бабушка отдала ее в институт и одела в женское платье.
Там — 13 лет от роду — она завела любовные сношения с одной англичанкой, перед которой выдала себя за мальчика и которую она в конце концов увезла.
Затем она вернулась к матери, но та ничего не могла с ней сделать и должна была смотреть сквозь пальцы, как ее дочь снова сделалась Сандором, снова стала носить мужской костюм и как она ежегодно заводила по меньшей мере одну любовную связь с лицами собственного пола. В то же время ей давали весьма приличное воспитание; отец брал ее с собой в далекие путешествия — конечно, в костюме молодого человека; она рано эмансипировалась, посещала кафе и сомнительной репутации трактиры и однажды даже прославилась в одном публичном доме тем, что уселась между колен женщины. С. бывала часто в нетрезвом виде, страстно предавалась мужскому спорту и искусно фехтовала. Большое влечение она чувствовала к актрисам и вообще к самостоятельным и по возможности не очень молодым женщинам. Она утверждает, что никогда не испытывала влечения ни к одному молодому человеку и что с течением времени у нее развилось даже нерасположение к мужчинам, которое с каждым годом усиливалось. "В женском обществе я охотнее всего появлялась в сопровождении некрасивых и малозаметных мужчин для того, чтобы они не оставляли меня в тени. Если я замечала, что кто-нибудь из них вызывал симпатию у дам, то начинала чувствовать ревность. Из дам я предпочитала таких, которые отличались умом и красотой. Толстых, а в особенности мужчинообразных женщин я не выносила. У меня была невыразимая идиосинкразия к женскому платью, да и вообще ко всему женскому, но лишь постольку, поскольку это касалось меня, напротив, других женщин я обожала".
Уже около 10 лет, как С. живет постоянно вдали от своих родных и выдает себя за мужчину. За это время она имела массу связей с дамами, совершала с ними путешествия, растратила много денег, наделала долгов. Между прочим, она занималась литературой и считалась ценным работником в двух солидных столичных изданиях.
Ее страсть к женщинам отличалась непостоянством. Стойкости в любви она не проявляла.
Только одна ее связь длилась 3 года. Это было уже давно; С. познакомилась в замке Г. с одной дамой, Эммой Е., которая была на 10 лет ее старше. Она влюбилась в нее, заключила с нею брачный договор и прожила с нею в столице 3 года как муж с женой.
Но новая любовь, которой суждено было сыграть в ее жизни роковую роль, побудила ее порвать "брачный союз" с Е. Только ценой тяжелых жертв удалось С. купить свою свободу от Е. Последняя, по слухам, считает себя разведенной женой и до сих пор выдает себя за графиню В.! То, что С. могла и у других женщин возбуждать любовь видно из следующего эпизода, имевшего место еще до "брака" с Е. Некая Д., девица, с которой С. прокутила несколько тысяч гульденов и которая ей в конце концов надоела, угрожала застрелить ее, если она не останется ей верна.
Летом 1887 г. во время пребывания на одном курорте С. познакомилась с семьей одного высокопоставленного чиновника. Она тотчас же влюбилась в его дочь Марию и встретила с ее стороны взаимность. Мать и кузина Марии старались помешать этой любви, но безуспешно. Всю зиму обе возлюбленные ревностно переписывались друг с другом. В апреле 1889 г. "граф С." приехал погостить, а в мае 1889 г. он достиг цели своих стремлений. Мария, бросившая за это время место учительницы, была повенчана с ним каким-то лжепастором в Венгрии. Молодые жили в мире и согласии, и если бы не донесение злокозненного тестя, то этот фиктивный брак, вероятно, продолжался бы еще долго. Примечательно, что за все то сравнительно долгое время, что С. был женихом, ему удалось совершенно скрыть свой истинный пол от родных невесты.
С. был страстным курильщиком, вообще имел мужские привычки и манеры. Письма и даже судебные бумаги он получал на адрес "графа С.". Часто он говорил, что ему нужно учиться ружейным приемам. Со слов "тестя" можно заключить, что С. ухитрялся симулировать у себя мошонку: для этого он вкладывал в брюки какую-нибудь тряпку или даже перчатку. Впоследствии он сам сознался, что это действительно имело место. Однажды тесть даже заметил у своего будущего зятя как бы эрегированный член (вероятно, приап), в другой раз С. мимоходом сказал, что для верховой езды он должен надевать суспенсорий. И действительно, он носил вокруг живота какой-то бинт — может быть, для прикрепления приапа.
Несмотря на все это и также на то, что С. для вида часто брился, все в отеле были убеждены, что он женщина, горничная говорила, что находила на белье следы менструальной крови (он объяснял это геморроидальными кровотечениями) и что однажды, когда он принимал ванну, она убедилась в его действительном поле, подглядывая через замочную скважину.
Семья Марии уверяла, что последняя долгое время была в заблуждении относительно истинного пола своего фиктивного мужа.
Что касается духовной индивидуальности С., то она прекрасно выясняется из множества ее рукописей. Почерк ее отличается твердостью и уверенностью — совершенно как у мужчины. Ее произведения обнаруживают в ней удивительную начитанность, ей знакомы классики всех национальностей, она цитирует поэтов и прозаиков всех стран. Знатоки говорят, что ее поэтические и прозаические произведения далеко не лишены литературной ценности.

Обследование

При первой встрече судебных врачей и С. обе стороны чувствовали некоторое замешательство: врачи потому, что С. несколько подчеркивала свои мужские манеры и свое светское обращение, а С. —потому, что думала, что ее запятнают печатью моральной ущербности. Не лишенное привлекательности интеллигентное лицо С., несмотря на несколько нежные и мелкие черты, производило все-таки решительное впечатление мужского лица. Очень недоставало ему только усов. Впечатление это было настолько сильно, что даже, несмотря на женское платье, в которое была одета С., судебные врачи не могли привыкнуть к мысли, что перед ними — женщина. Напротив, обращение с С. как с мужчиной выходило гораздо более естественным, более непринужденным и даже более корректным. Обвиняемая сама это чувствовала. Она тот час же становилась откровеннее, общительнее, развязнее, как только с ней начинали обращаться, как с мужчиной.
Первые следы полового влечения она почувствовала только на 13-м году. Половое влечение проявлялось тогда в поцелуях, объятиях и прикосновениях, сопровождавшихся сладострастным ощущением. Уже в то время сновидения ее были полны исключительно женщинами, а себя она видела в роли мужчины, причем иногда даже испытывала чувство эякуляции. Половое удовлетворение она находила на теле другой женщины (а не на собственном теле) путем мастурбации или куннилингуса. Иногда она пользовалась чулком, наполненным паклей, в качестве приапа.
Онанизмом, ни одиночным, ни взаимным, она не занималась. Этот порок кажется ей отвратительным и недостойным "уважающего себя мужчины". Ни разу она не позволила кому-либо дотронуться до своих половых органов хотя бы уже потому, что не хотела выдать своей тайны. Регулы появились только на 17-м году, всегда были скудны и не сопровождались болезненными явлениями. Заметно, что для С. крайне неприятен разговор о менструациях, как о предмете, который должен вызывать у мужчины чувство отвращения. Она сознает ненормальность своего полового влечения, но не желала бы измениться, ибо чувствует себя со своими превратными ощущениями вполне счастливой. Мысль о половом общении с мужчиной вызывает у нее отвращение, и она не считает ее даже осуществимой.
Стыдливость ее по отношению к женщинам доходит до того, что она скорее готова была бы спать с мужчиной, чем с женщиной. Когда ей нужно было удовлетворить естественную потребность или переменить белье, она просила свою соседку по камере отвернуться к окошку и не смотреть на нее.
Когда эта соседка случайно дотрагивалась до С., то последняя чувствовала сладострастное возбуждение и покрывалась краской. С. сама рассказывает, что на нее напал прямо страх, когда ее перед заключением в камеру одели в непривычный для нее женский костюм. Единственным утешение для нее была мужская рубашка, которую оставили на ней.
Она глубоко скорбит, что своей любовью она сделала несчастной Марию, понимает, что ее ощущения извращены, и признает, что у здоровых людей любовь одной женщины к другой нравственно недопустима.
Рост ее 153 см, скелет нежного строения, она худощава, но отличается поразительно развитыми мышцами груди и бедер. В женском платье походка неуклюжая. Движения ее полны силы, не лишены красоты, хотя и несколько угловаты и малограциозны, как у мужчины. Здороваясь, она крепко жмет руку. Вообще, она держится прямо, с известным достоинством. Ноги и руки поразительно малы. Тыльная сторона конечностей обильно покрыта волосами, на лице же, несмотря на старательное систематическое бритье, никаких следов растительности. Туловище отнюдь не соответствует женскому типу, талия отсутствует. Таз сужен во всех направлениях, резко выраженного мужского типа. Голос грубый, низкий. Грудные железы достаточно развиты. Половые органы вполне женские, без всяких следов гермафродитизма, но по степени развития соответствуют органам 10-летней девочки.
Экспертиза постановила, что поступки ее вытекают из ее патологической половой организации и не поддаются влиянию воли. Суд вынес оправдательный приговор.
"Графиня в мужском костюме" — как ее тогда называли газеты — вернулась в свою родную столицу и снова стала называть себя граф Сандор. Единственное ее горе — это расстроенное семейное счастье и расторгнутая любовь с Марией.

© Р. Крафт-Эбинг
© Редакция Талакус

Другие НЕмонахи | Другая История | На Главную


Rambler's Top100


Hosted by uCoz